Сердечный доктор. Центр кардиохирургии Кардиохирург лищук александр николаевич где родился

История кардиологического отделения

Кардиологическое отделение госпиталя прошло сложный многоэтапный путь своего развития. С 1949 года до начала 1957 года в госпитале было одно терапевтическое отделение, где лечились все категории терапевтических больных. Кардиологическая помощь осуществлялась терапевтами. С 1949 года по 1955 г. отделение возглавлял замечательный врач, большой души человек, подполковник медицинской службы Г.Я. Лютый, который и после увольнения из армии долго еще работал в госпитале врачом диетологом. С 1955 по 1957 год терапевтическую службу госпиталя возглавлял опытный, эрудированный терапевт, скромный, отзывчивый человек – полковник медицинской службы Ю.И. Фишзон-Рысс, впоследствии доктор медицинских наук, профессор Ленинградского медицинского института. После увольнения из Армии по болезни полковника медицинской службы Ю.И. Фишзон-Рысса, терапевтическую службу госпиталя возглавил полковник медицинской службы И.К. Колядин – заслуженный врач РСФСР. Иустин Кузьмич много сил и энергии отдал дальнейшему совершенствованию методов диагностики и лечения терапевтических больных. Высококвалифицированный специалист, душевный, отзывчивый человек, он пользовался огромным деловым авторитетом среди товарищей по работе, любовью и уважением у своих многочисленных пациентов. В 1970 году ведущим терапевтом госпиталя был назначен полковник медицинской службы Н.А. Зорин, который работал на этой должности до февраля 1979 года. Н.А. Зорин – ветеран Великой Отечественной войны, ветеран госпиталя. Широкой души человек, имевший большой опыт работы, много сил и здоровья отдавал лечению больных военнослужащих. В этот период была начата профилизация терапевтических отделений на кардиологическое, гастроэнтерологическое и пульмонологическое. Это позволило улучшить специализированную помощь больным. В 1979 году ведущим терапевтом был назначен кандидат медицинских наук полковник медицинской службы Б.И. Лисиченко, который завершил специализацию терапевтических отделений, внедрил много новых методов диагностики и лечения. Была оборудована в отделении и использовалась палата интенсивной терапии с мониторным наблюдением за больными. Большое внимание в этот период было уделено комплексной реабилитации больных, перенесших инфаркт миокарда. Продолжением разработки вопросов реабилитации занимался полковник медицинской службы В.В. Дидковский, пришедший в госпиталь в 1985 году. Работа в этом направлении была отмечена командованием, и он в 1989 году был переведен на должность начальника отделения в 6 ЦВКГ. В 1990 году терапевтическую службу возглавил полковник медицинской службы А.М. Косолапов. Опытный, авторитетный терапевт, он продолжал совершенствование лечебно-диагностического процесса, отдавал все свои знания и умение больным, свой опыт коллегам. В 1994 году А.М. Косолапов был назначен главным терапевтом войск ПВО, где продолжал службу до 1998 года. Ведущим терапевтом был назначен полковник медицинской службы А.В. Андреев. В 1994-95 годах практически полностью обновился врачебный состав терапевтических отделений госпиталя. К этому же периоду относится радикальный пересмотр подходов к лечению большинства заболеваний терапевтического профиля. Объективные обстоятельства заставили по новому организовать оказание неотложной медицинской помощи. Все это требовало переподготовки врачей терапевтов. Процесс учебы шел параллельно с внедрением новых методов лечения и перестройки организации неотложной помощи. В 1995 году была внедрена внутривенная инфузия нитроглицерина, а в 1996 году системный тромболизис.

Кардиологическое отделение как специализированное существует в составе госпиталя с 2000 года. Возглавил кардиологическое отделение выпускник Военно-медицинской академии им. С.М. Кирова подполковник медицинской службы В.А. Семисерин. С 2004 по 2006 годы он был в должности начальника кардиологического отделения-ведущего терапевта госпиталя. В этот период продолжена многоэтапная последовательная работа по охране здоровья военнослужащих и других контингентов, которые имеют законодательное право на медицинское обслуживание в военно-медицинских учреждениях МО РФ, установлен постоянный профессиональный контакт со специалистами ГВКГ им. Н.Н Бурденко, 3 ЦВКГ им. А.А. Вишневского. Это позволило оказывать больным кардиологическую помощь на современном уровне, учитывая достижения медицины последних лет. В 2006 году полковник медицинской службы В.А. Семисерин переведен ведущим терапевтом 150 ЦВГ космических войск.

С 2007 года по 2009 годы начальником кардиологического отделения-ведущим терапевтом госпиталя назначен полковник медицинской службы Г.Н. Елисеев. Выпускник военного факультета Куйбышевского медицинского института, переведен из 321 ОВКГ Забайкальского военного округа. Высококвалифицированный специалист, обладающий богатым опытом практической работы, продолжил дальнейшее совершенствование оказания кардиологической помощи военнослужащим и другим контингентам.

В 2010 году в связи с организационно-штатными мероприятиями, должность начальник кардиологического отделения стала гражданской. Руководит кардиологическим отделением с 2010 года по настоящее время кардиолог высшей квалификационной категории Т.Н. Заец. Татьяна Николаевна работает в данном отделении с 1994 года. Кардиологическое отделение – это дружный коллектив профессионалов, целью которых является улучшение здоровья военнослужащих, офицеров запаса, членов их семей. В отделении сохраняются и преумножаются лучшие достижения предшествующих поколений медиков. За три года в отделении прошли лечение, обследование 1800 пациентов. Более ста пациентам было обеспечено проведение на базе ГВКГ им. Н.Н. Бурденко и 3 ЦВКГ им. А.А. Вишневского высокотехнологичных оперативных вмешательств: аорто-коронарное и маммаро-коронарное шунтирование, стентирование сосудов и протезирование клапанов сердца. Достигнутые успехи кардиологической службы госпиталя – это вклад всего коллектива отделения: врача И.А. Елисеевой, медицинских сестер: О.В. Ролиной, О.В. Гусевой, О.В. Строгановой, В.В. Конышевой, медицинского брата Е.И. Шалагина, сестры-хозяйки Н.П. Мезенцевой, младших медицинских сестер: А.И. Дембицкой, Т.И. Руденко.

Встречая 65-летие госпиталя, коллектив кардиологического отделения стремится и впредь эффективно выполнять благородную задачу по охране и укрепления здоровья военнослужащих.

Кардиологические отделения

В отделениях кардиологического центра созданы комфортные условия, пациенты размещаются в 1 и 2-х местных палатах. В каждой палате есть туалет, душ, холодильник, телевизор, оборудование для ингаляций кислорода, тревожные кнопки вызова дежурного медперсонала.

К услугам пациентов несколько залов ЛФК, залы для проведения кардиореспириаторных тренировок, тренажёрный зал просторные холлы, библиотека, большой уютный парк для дозированной ходьбы и прогулок. Диетическое питание осуществляется в комфортабельной столовой, при необходимости в палате.

Наряду с медикаментозной терапией в лечении и реабилитации наших пациентов мы широко применяем физиотерапевтические методы, лечебную физкультуру, массаж, рефлексотерапию, фитотерапию, гирудотерапию, гипербарическую оксигенацию, внутривенное лазерное облучение крови, ударно-волновую терапия психотерапию и ряд других самых современных методов.

Основные задачи кардиологической реабилитации, решаемые в кардиологических отделениях:

  • Восстановление и нормализация жизненно важных функций организма и повышение компенсаторно-приспособительных реакций кардиореспираторной системы в новых условиях;
  • Восстановление полноценного дыхания и улучшение периферического кровообращения;
  • Предупреждение застойных и тромбоэмболических послеоперационных осложнений, своевременное заживление операционных ран;
  • Тренировка сердечно-сосудистой системы и организма больного к постепенно возрастающим физическим нагрузкам;
  • Выработка индивидуальной программы физической активности пациента на ближайший и отдаленный послеоперационный периоды, формирование навыков самоконтроля за переносимостью физических нагрузок в процессе самостоятельных занятий;
  • Формирование у пациентов положительного психоэмоционального настроя на выздоровление.

Миссия центрального госпиталя

Одно из первых совещаний, проведённых министром обороны РФ генералом армии Сергеем Шойгу сразу после своего назначения, было посвящено вопросам совершенствования системы военно-медицинского обеспечения в Вооружённых Силах. Прошло оно в подмосковном Красногорске на базе 3-го Центрального военного клинического госпиталя имени А.А. Вишневского . Сегодня можно говорить о том, что задачи, которые министр обороны тогда обозначил как наболевшие, в большей степени перешли в разряд «выздоравливающих». Пример тому — состояние дел в самом госпитале имени А.А. Вишневского.

НИ ДЛЯ КОГО не секрет, что сердечно-сосудистые заболевания сегодня наиболее распространены в армейской среде: высокие физические нагрузки, постоянный стресс, неправильное питание, ослабленный иммунитет, курение, отсутствие режима питания и отдыха, дефицит времени для прохождения полноценного лечения и реабилитации после учений и морских походов…

Количество различных форм ишемической болезни сердца (ИБС) возрастает с каждым годом, причём как у военных пенсионеров так и у действующих военнослужащих. В госпитале им. А.А. Вишневского диагноз ИБС имеют две три пациентов терапевтического профиля. Чем может противостоять болезням сердца 3-й ЦВКГ им. А.А. Вишневского, мне рассказал главный терапевт госпиталя кандидат медицинских наук полковник медицинской службы Михаил Паценко.

Михаил Борисович родился в Семипалатинске в семье мелиоратора и преподавателя истории, но с самого детства мечтал о профессии врача, поэтому учился в школе с химико-биологическим уклоном. А его детские игры были строго на медицинскую тему — он лечил кукол, и ему ассистировали две его сестры. С отличием окончив военно-медицинский факультет Томского государственного университета . он прошёл школу войсковой медицины, все этапы госпитального звена — от ординатора до главного терапевта, параллельно занимаясь наукой. Сегодня он кандидат медицинских наук, близка к завершению его докторская диссертация, посвящённая сердечно-сосудистой патологии. Михаил Паценко руководит двадцатью терапевтическими отделениями, объединёнными в несколько крупных центров, без малого год. Но за это время в них наметились существенные перемены. Так, под его руководством в госпитале стали применяться самые современные методы лечения с использованием европейского оборудования и лучших мировых методик.

Например, в 2012 году в мире, в 2013-м в России и в 2014-м в госпитале имени А.А. Вишневского впервые была выполнена радиочастотная абляция почечных артерий у пациентов с рефрактерной артериальной гипертонией. Суть метода в том, что с помощью радиочастотного заряда происходит «прижигание» нервных сплетений, расположенных у стенки почечных артерий, которые играют большую роль в регуляции артериального давления. Это способствует уменьшению степени гипертензионного синдрома либо достижению целевых значений артериального давления и приводит к снижению риска сердечно-сосудистых заболеваний. Улучшается качество жизни пациентов, количество и дозы лекарств уменьшаются. Для выполнения денервации почечных артерий (4-6 разрядов по выбранным точкам) применяется программно-аппаратный американский комплекс SIMPLICITI, чем-то напоминающий выжигательный аппарат. Себестоимость операции — порядка 100 тысяч рублей, но для военнослужащих и ветеранов Вооружённых Сил они проводятся бесплатно. В рамках добровольного медицинского страхования эту операцию могут выполнить любому, кто имеет показания. Если в гражданской медицине, несмотря на новизну, этот метод известен и широко применяется, то в армии эти вмешательства выполняют только в Красногорском госпитале. Выполнено пока четыре операции, но уже с уверенностью можно утверждать, что эти четверо, страдавшие до операции от гипертонии, сегодня могут жить полноценной жизнью.

— В связи с введением против России экономических санкций нет ли опасений, что пациенты окажутся без высокотехнологичной импортной медицинской техники? — спрашиваю у Михаила Борисовича.

— Уверен в том, что российская промышленность сможет создать отечественные аналоги этого оборудования. Уже сегодня Минатому, например, дано поручение производить ПЭТ-томографы на отечественной базе. Если эта задача будет реализована, то уж производство аналогов аппаратного комплекса SIMPLICITI — тем более, — убеждён главный терапевт.

По инициативе доктора Паценко в госпитале имени А.А. Вишневского впервые применяются современные методы для лечения мерцательной аритмии сердца.

— Радиочастотная абляция устья лёгочных вен — метод распространённый во всём мире. Его эффективность — 50–60 процентов, — комментирует Михаил Борисович. — Мы пошли дальше: применяем торакоскопическую субэпикардиальную радиочастотную абляцию устья лёгочных вен, то есть радиочастотное воздействие на сосуды проводили не внутри организма, а через небольшие внешние проколы в грудной клетке. Эффективность восстановления ритма благодаря такой методике достигает 80 процентов. Этот метод лечения мы стали применять только в этом году (сделано всего три операции). Причём первую операцию провели совместно с немецкими кардиохирургами.

Инновационные методы лечения в кардиологии активно внедряются в госпитале главным терапевтом благодаря помощи руководства клиники, большому энтузиазму и высокому профессионализму кардиохирургов под руководством профессора Александра Лищука. Так, по словам Паценко, применяются современные методы лечения острой сердечной недостаточности, выполняются сложные операции для лечения тромбоэмболии лёгочных артерий.

— Мы научились проводить тромбэктомию (извлечение тромба из поражённого кровеносного сосуда) в экстренном порядке, — рассказывает главный терапевт госпиталя. — Для этого у нас развёрнута ургентная (срочная) кардиохирургическая служба, которая может выполнить такую операцию в любой момент. У неё, например, имеется аппарат экстракорпоральной мембранной оксигенации, который позволяет протезировать функцию лёгких для подготовки больного к операции, для перевозки больных на дальние расстояния. В Москве таких аппаратов — единицы, не говоря уже о военных лечебных учреждениях. Для лечения терминальной сердечной недостаточности стали применять искусственный левый желудочек. Нашими кардиохирургами выполнена одна операция по трансплантации сердца на базе Института трансплантологии, однако мы готовы выполнить пересадку сердца и в нашем госпитале.

По мнению полковника медслужбы Паценко, вся кардиология, развёрнутая сегодня в госпитале имени А.А. Вишневского, способна конкурировать не только с крупными отечественными медицинскими центрами, но и с ведущими мировыми клиниками. Не случайно специалисты госпиталя под руководством главного терапевта приняли участие в международном форуме кардиологов и терапевтов, который состоялся 24 марта этого года в Российской академии наук. Там были представлены достижения военных докторов по лечению острого коронарного синдрома, острой и хронической сердечной недостаточности, инфекционных эндокардитов, тромбоэмболии лёгочной артерии. Почётный президент Российского кардиологического общества академик РАМН Рафаэль Оганов дал высокую оценку проведённому симпозиуму.

Кроме указанных достижений в кардиологии, в госпитале активно развиваются другие терапевтические направления: ревматология, гастроэнтерология, аллергология, пульмонология, нефрология, дерматология, традиционная медицина. Терапевты госпиталя применяют современную биологическую терапию в лечении сложных заболеваний: селективные иммунодепрессанты при болезни Крона, язвенном колите, ревматоидном артрите, болезни Бехтерева, псориазе. Такие лекарственные препараты невозможно использовать в амбулаторных условиях, так как это требует от врачей высокой ответственности и профессиональной подготовки. В госпитале функционирует единственное в Вооружённых Силах аллергологическое отделение, где получают лечение больные с различными аллергиями, проводится специфическая иммунотерапия, с помощью которой можно навсегда избавиться от поллиноза и атопической бронхиальной астмы.

МЕДИЦИНА сегодня особая отрасль, где аккумулируются все новаторские достижения очень многих сторонних изысканий. Она находится на стыке компьютерных технологий, ядерной физики, биотехнологий, генной инженерии… Современная медицина очень технозависима. Но, как утверждают в госпитале имени А.А. Вишневского, роль человеческого интеллекта, чувствительность рук хирурга, ум и свежая мысль терапевта, тепло души медицинских сестёр сегодня по-прежнему играют решающую роль в выздоровлении пациентов. Об этом мы говорили с руководителем кардиохирургического центра госпиталя, доктором медицинских наук, профессором Александром Лищуком.

— Однажды к нам в госпиталь за помощью обратилась Паола Гиллани — член Международного Комитета Красного Креста, — вспоминает Александр Николаевич. — Не сомневаюсь, что она могла бы выбрать любую клинику мира, но предпочла наш госпиталь, считая, что именно у нас есть тот дух, который необходим для выздоровления людей. С помощью медицинской техники мы только улучшаем качество своей работы, уменьшаем процент ошибок и повышаем эффективность лечения. Медицинская техника — только вспомогательный элемент лечения, который никогда не заменит талант, мысль, руку и сердце врача.

Мы говорили с Александром Николаевичем сразу после того, как он одновременно провёл операцию на разных участках организма: на брюшной аорте и аортокоронарное шунтирование. И это была его третья операция за день. А на часах был всего полдень!

— С применением высокотехнологичной техники хирурги сегодня устают больше или меньше? — спрашиваю обаятельного Лищука. Действительно, техника позволяет нам делать меньше физических движений. Но умственное напряжение, зрение затрачиваются не меньше. Усталость, конечно, присутствует, ведь количество операций за последние годы возросло почти в два раза! В год мы проводим 4.500 операций на сердце и сосудах. Особо усталость сказывается во время проведения гибридных операций с одновременным применением различного медицинского оборудования. Это колоссальные затраты! Компенсирует усталость уверенность в том, что больной поправляется. Это даёт нам силы и энергию…

Под руководством профессора Лищука в сложных операциях всегда участвуют и медицинские сёстры. Их профессиональный уровень с развитием медицинских технологий тоже значительно повысился. Во-первых, они должны знать характеристики всего оборудования, которое поступает в госпиталь, уметь его грамотно применять и обслуживать. Во-вторых, медсёстры используют принципиально новые подходы к тяжелобольным пациентам. Если раньше сестрички помогали словом и улыбкой, то теперь они способны поддерживать жизненные функции организма и при помощи сложного медицинского оборудования. В-третьих, младший медицинский персонал способен управлять роботами, которые манипулируют больными на расстоянии.

НЕСМОТРЯ на продвинутую технику и технологии, руководство госпиталя намерено развивать и традиционную медицину.

— У нас реализуется всё, что человечество наработало тысячелетиями, — рассказал мне начальник центра традиционной медицины заслуженный врач Российской Федерации полковник медслужбы запаса Анатолий Петько. — Наряду с общеизвестными специалистами у пациентов пользуются популярностью психотерапевты, остеопаты, гомеопаты… Мы используем как традиционные методики, так и самые современные. Например, аллопатическую медицину (лечит симптомы болезни). Используем лечебное голодание, ударно-волновую и биорезонансную терапию, криотерапию (лечение жидким азотом), больше 40 методов оценки психофизиологического состояния человека…

Кстати, сегодня в Москве практикуют не больше десяти остеопатов высокого класса — это мастера пальпации, врачи, различающие руками даже небольшие изменения в состоянии мышц, суставов, костей, определяющие их влияние на другие органы тела и способные провести успешное лечение, опираясь только на возможности своих рук. Один из них — Игорь Юрьевич Романов, который как раз в это время проводил процедуру, больше напоминающую мягкую борьбу с пациентом, чем медицинскую процедуру.

Одно из модных сегодня направлений, которое тоже развивается в госпитале, — это лечение метаболического синдрома. Избыточным весом сегодня страдают более 40 процентов населения планеты. В центре традиционной медицины знают, как с этой бедой ХХI века бороться эффективно. После небольшого «апгрейда» (в центре планируется ремонт) его пропускная способность увеличится, а значит, количество тех, кто вернёт себя в форму и изменит качество жизни, многократно возрастёт.

ВРАЧИ госпиталя не только развиваются сами, но и делятся опытом со своими коллегами в округах и на флотах. Так, в конце мая на его базе состоялась рабочая встреча специалистов Главного военно-медицинского управления и Военно-медицинской академии имени С.М. Кирова с представителями компании-разработчика портативных и мобильных телекоммуникационных комплексов. В ходе рабочей встречи представители компании проинформировали военных медиков о различных аспектах применения и возможностях современных ПТК и МТК для организации удалённых телемедицинских консультаций. Участники встречи обменялись мнениями о необходимости дальнейшей работы по использованию телемедицинских информационных технологий и внедрению их в повседневную практику врача войскового звена. По результатам встречи было принято решение о создании опытной информационной сети для практической проработки технологии удалённых телемедицинских консультаций между госпиталем им. А.А. Вишневского и войсковыми медицинскими подразделениями с использованием ПТК и МТК.

ДЛЯ ПРОВЕДЕНИЯ телемедицинских консультаций потребуются новые помещения. О том, какие ремонтные работы уже проводятся в госпитале, мы побеседовали с его начальником — заслуженным врачом Российской Федерации, доктором медицинских наук генерал-майором медицинской службы Сергеем Белякиным.

— У нас сейчас развёрнут масштабный ремонт. Самое главное — мы взялись за операционное отделение и отделения анестезиологии с подключением к ним современных систем вентиляции, пожарозащиты, кондиционирования, централизованного снабжения медицинскими газами, реконструируем водоподготовку…

Идёт реконструкция рентгенкорпуса. Ведутся переговоры по созданию гибридной операционной. Заканчивается реконструкция нейрохирургической операционной…

Срок всего ремонта — два года. Проводится он поэтапно. На это время, правда, закрываются некоторые корпуса — количество коек сократилось. Но за счёт интенсификации процесса лечения и возможностей наших филиалов количество пациентов сократилось всего на 6–8 процентов, — рассказал Сергей Анатольевич.

— Насколько, на ваш взгляд, система создания филиалов себя оправдала?

— Структура из шести филиалов госпиталя имени А.А. Вишневского постоянно меняется. В прошлом году, например, часть филиалов была выделена в отдельные подразделения. Я думаю, этот процесс ещё не закончен, потому что некоторые филиалы имеют специфические задачи, и в будущем они тоже будут выделены в самостоятельные подразделения. Проблемы есть, но они решаются коллегиально и последовательно. Просчитываются все плюсы и минусы с учётом оптимальных сроков выполнения всех задач.

— В этом году госпиталю возвращён статус бюджетного учреждения. Это помогает решать накопившиеся проблемы?

— Должен вам сказать, что с приходом нового руководства Министерства обороны, даже будучи казённым учреждением, деньги мы стали получать. Другое дело, что у меня, как у руководителя, не было манёвра по их использованию, так как в казённом учреждении деньги выделяются строго по определённым статьям. Статус бюджетного учреждения такое право предусматривает: теперь у меня появилась возможность получать средства как в рамках госзадания, так и по программам обязательного и добровольного медицинского страхования. Правда, фактически механизм этот у нас заработал только с 1 мая 2014 года. Первое, куда мы направили дополнительные деньги, — премировали медицинский персонал. Второе — развернули ремонт медицинского оборудования. Третье — закупили медикаменты и мягкий инвентарь.

— Как вам удалось удержать гражданский персонал и офицеров во время пресловутых реформ?

— Да, военную медицину реформы коснулись в первую очередь: у нас осталось всего 130 военных врачей. Но нам удаётся сохранять личный состав за счёт уровня и престижа госпиталя имени А.А. Вишневского, внимательного и заботливого отношения к каждому сотруднику, изыскания дополнительных средств по ОМС и ДМС. В прошлом году нас очень поддержали выплаты согласно Указу Президента РФ («дорожная карта»). Кроме того, удалось сохранить специалистов за счёт дифференцированного распределения офицеров и гражданского персонала по отделениям. Немаловажно, что нам удаётся находить средства для поддержания научного интереса к профессии: закупаем по программе переоснащения новое высокотехнологичное оборудование, находим средства для поездок специалистов не только по стране, но и за рубеж. Именно поэтому в госпитале растёт интерес к прикладной науке. Причём для наших врачей защита диссертации — не самоцель, а средство личного научного поиска, которое потом применяется в каждодневной практике.

Слава Богу, тревожные времена мы пережили, когда ни один из врачей не знал свою судьбу, когда мы использовали не самые нужные, а самые дешёвые медикаменты, когда одновременно выходили из строя по 5-6 самых необходимых аппаратов и нам было неоткуда взять средства на их ремонт. И тем не менее нам удалось не только выжить в этих условиях, но и создать очень профессиональный, порядочный и идущий вперёд коллектив!

Как бы медицинский персонал не «утюжили» реформы предыдущего руководства Министерства обороны, статус госпиталя имени А.А. Вишневского был сохранён именно усилиями врачей и медицинских сестёр. Они, несмотря на низкие зарплаты, не ушли из этого лечебного учреждения, хотя многие, получив опыт в госпитале, могли бы предпочесть высокие зарплаты в гражданской медицине. Но они не уходят.

— Кто-то получает удовольствие от материальных благ, кто-то от продвижения по службе, а кто-то от того, что человек выживает, улыбается, радуется… Наверное, это миссия нашего госпиталя. И совсем не важно кто этот пациент: генерал или сержант, офицер запаса или гражданский человек. Конечно, условия для солдата и генерала созданы разные, но обследование они получают абсолютно одинаковое. Главное, что мы практически любого пациента можем поставить на ноги и улучшить качество его жизни. А это главная радость нашей работы! — сказал напоследок начальник госпиталя генерал-майор медслужбы Сергей Белякин.

Запись создана: Суббота, 14 Июнь 2014 в 16:07 и находится в рубриках Медицинское обеспечение. Новости. Современность. Вы можете следить за комментариями к этой записи через ленту RSS 2.0. Вы можете оставить отзыв. или trackback с вашего собственного сайта.

Не знаю, почему этот госпиталь считается хорошим. Ужа давно это не так. Финансирования нет. Кто не верит - во дворе за корпусом нейрохирургии стоит шикарный новый корпус уже много лет не функционирует, в подвале гниет дорогущая аппаратура, т. к. нет денег достроить корпус и ввести в эксплуатацию. Мой отец лежал в госпитале по страховке Согаз, нас перевели из ЦКБ со страшным диагнозом рак мозга, нужна была срочная операция, в конце декабря 2012 г. Без денег к тебе не подойдут вообще и, что страшно, и за деньги не подойдут. Моему отцу делали нейрохирургическую операцию, вырезали опухоль рак мозга. Операция прошла очень хорошо, хирург Миклашевич Эдуард Ришардович профессионал от бога, на след. день после операции отца выписали из реанимации, он разговаривал, был полностью адекватен. Но вот потом, наступили новогодние праздники. И вместо улучшения, мой отец чуть не умер. В госпитале никого не осталось. Мобильных телефонов врачей не дают, я сидела с отцом одна, медсестры заходили только ставить уколы два раза в день. Никакие деньги не могли заставить их работать. Однажды, уезжая на ночь, оставила им бутылку итальянского шампанского за 2000 р, хорошие шоколадные конфеты и 1 000 руб наличными, чтобы ночью подходили к нему, т. к. после операции по ночам была бессонница и кошмары. Мой отец, всегда крепкий и твердый человек плакал от страха как ребенок, его закрывали в душной палате, чтоб не мешал медсестрам спать видимо, и отбирали кнопку вызова медсестры, прятали за кроватью, он не мог дотянуться, я платила за платную палату с телевизором, но им даже было лень включить ему телевизор! И он лежал в духоте, темноте, часами без сна, недвижимый, т. к. был парез всей правой стороны! Короче, из 4 дежурных медсестер 2 были нормальные, а две просто садистки. Я выполняла их работу, сидела с отцом с 10 утра до 10 вечера и ездила каждый день домой по 55 км (живу в люберцах). Так пока меня не было, ему даже не всегда меняли памперс и кормили! Хотя всегда каждый вечер перед отъездом я оставляла по 500 руб., чтоб присмотрели! По Москве это нормальная цена за сиделку, но в этом госпитале сестры это деньгами не считают! Я просила у них помочь найти сиделку, т. к. мне тяжело ездить каждый день, но они объявили цену 4000 руб в сутки! И то только после праздников, т. к. в праздники они отдыхают. Врачи в госпитале не намного хуже. На праздники на этаже нас осталось 3 пациента, которые были, видимо, настолько тяжелые, что их нельзя было выписать. Врачи НЕ ПОДХОДИЛИ сами вообще! я каждый раз их по полдня вылавливала, затаскивала в палату. Несмотря на то, что я сразу перед операцией всем раздала денег и коньяк дорогой, потом еще после. И плюс отец шел как коммерческий больной, за нас страховая компания огромные суммы платила. Я первый раз сталкиваюсь с таким состоянием больного, я не медик, я не знала, что надо делать вообще с лежачим больным. И мне никто ничего не говорил, как ухаживать. Никто даже не посоветовал что-то делать срочно или нанять за деньги профессионала. Хотя, специалист ЛФК и массаж должны были нам быть предоставлены бесплатно по страховке! Но массаж был только после новогодних праздников числа с 10 января, а специалист ЛФК сказал, что будет заниматься только за наличные, т. к. видите ли от тех денег, что платит страховая компания по безналу, ему ничего не достается, все оседает в администрации. Я пыталась спорить и говорить, что я тоже не олигарх, и, что если платит страховка, то я не обязана, но он был непреклонен. Пришлось платить, чтобы он ставил папу на ноги и учил заново ходить с парезом ноги. Но это было уже потом, а сначала я наблюдала с каждым днем ухудшение состояния. Через неделю такого лежания отец уже ели разговаривал, почти не шевелился. Я бегала по этажам, искала дежурных врачей, умоляла зайти, но они меня игнорировали или заходили, но так, для галочки. И лишь один добрый доктор, к сожалению, не знаю фамилии, с корейской внешностью, скажал, что, оказывается, надо было с 3 дня после операции сажать больного на кровати, научил меня это делать, фиксируя стулом, - а так же научил меня делать всякие процедуры, чтобы не было застоя в легких. Я все это делала сама, было очень тяжело. Некоторые медсестры помогали мне менять под отцом грязные мокрые простыни, памперсы, некоторые брезгливо морщились и отказывались помогать. И самое главное, в итоге, когда диагноз рак подтвердился официально (гистология, биопсия) - по договору страховки они дальше не должны были оплачивать лечение. И нас тут же выписали из госпиталя. Лежачего больного. Который ели ели мог сделать пару шагов по коридору с поддержкой специалиста. Я просила, умоляла не выписывать, должно же быть какое-то восстановление, процедуры, реабилитация. Я готова была платить сама за дальнейшее пребывание. Но нет, нас выгнали. Не предоставили скорую или что-то. Пришлось нанимать грузчиков, они вносили отца на руках домой, т. к. у нас 2 этаж без лифта. Знаете, это ужасный госпиталь, ужасное отношение к больным. Даже за деньги вы там не люди.

Совсем недавно, просматривая новости на сайте Министерства Обороны РФ, я обратила внимание на небольшую информационную заметку, в которой говорилось о награждении орденом Дружбы начальника Центра кардиохирургии ЦВГК им. А.А.Вишневского доктора медицинских наук, профессора А.Н. Лищука. Обычно такие события освещаются с размахом, а тут - заметка в несколько строк… Мной овладело любопытство и появилось желание побольше узнать об этом человеке… Так состоялось моё первое знакомство с Александром Николаевичем…

Войдя в кабинет, я увидела невысокого, моложавого, на первый взгляд, совсем неприметного человека: «Это наш профессор Александр Николаевич», - представил его, провожавший меня по незнакомым госпитальным коридорам, Михаил Николаевич Фролкин. Профессор в ответ кивнул головой и, указав рукой на диван, продолжил, прерванный нашим приходом, разговор с посетителем. Из их беседы я поняла, что кто-то из родных у собеседника Александра Николаевича нуждается в срочной операции. Профессор негромко объяснял ему о необходимости операции, приводил свои аргументы, не проявляя при этом ни капли раздражения или нетерпения, и даже тембр голоса оставался неизменным, словно речь шла о рядовой операции по удалению зуба, хотя я точно знала, что пришла на беседу с известным кардиохирургом.

Пока они разговаривали, я успела осмотреться. Кабинет, в который меня пригласили, оказался небольшой комнатой, в которой, кроме Александра Николаевича, находились ещё несколько молодых врачей. Двое из них сидели за компьютерами и что-то печатали, остальные смотрели на стену, расположенную за мной. Повернув голову по направлению их взгляда, я увидела несколько, размещённых в один ряд, мониторов. На каждом из них, как мне потом объяснили, шла прямая трансляция операций, проходивших в это время в операционных, а на столе, между компьютерами, стоял микрофон, по которому профессор давал рекомендации оперирующим врачам. Сразу вспомнились свои операционные, и стало немного не по себе, но я не подала виду и, не отказавшись от предложенной чашечки зелёного чая, села напротив своего собеседника, который к этому времени уже освободился, и приготовилась его слушать.

Вначале Александр Николаевич совсем не был расположен к разговору - к нему, то и дело, то заходили, то выходили врачи, решая свои вопросы, прерывая своим приходом нашу ещё не начавшуюся беседу, и мне было очень неловко за то, что я отнимаю у него его, расписанное по минутам, время. Он что-то объяснял им на своём, непонятном мне, врачебном языке, а затем, с нескрываемой иронией, обратился ко мне:

« Интересно, что ты из всего этого обо мне напишешь?»

Его непривычное для меня «ты» почему-то совсем не обидело, наоборот, как-то сразу сделала его ближе.

«Ты не поверишь, - продолжил он, - я ведь в детстве страшно боялся крови, но, как видишь, стал врачом и не просто врачом - хирургом. Что поделаешь, не мы выбираем свою судьбу, и она предопределена не нами, наверное, так было кому-то нужно …»

Александр Николаевич Лищук, окончив Саратовский военно-медицинский факультет, и, став врачом в четвёртом поколении семьи Лищуков, попал по распределению в Забайкальский Военный Округ на должность начальника медицинского пункта танкового полка. Там же состоялось его «боевое крещение» - ему, тогда ещё 23- летнему молодому человеку, пришлось сделать свою первую операцию, и первым его пациентом стал раненый в драке парнишка. Рассказывая об этом случае, Александр Николаевич вспоминает, что «страха почти не было, помогла выдержка - руки послушно выполняли все необходимые манипуляции, вытаскивая из памяти всё, чему научили в институте».

Этот случай определил всю его дальнейшую судьбу. Поэтому, поступив в Военно-медицинскую Академию, тогда ещё Ленинградскую, сомнений с определением специализации даже не возникло - однозначно, хирургия.

В 3 Центральный военный клинический госпиталь им. Вишневского он попадает в 1991 году на должность ординатора отделения сосудистой хирургии. И всё это время, идя вверх по карьерной лестнице, даже его поездки на стажировки в Институт сердца Сан-Франциско и Стендфордский Университет (США) - это всё, по его словам, «были только этапы совершенствования мастерства. Всё остальное - предназначение свыше…»

Смею не согласиться с профессором - данный Богом талант ещё не всё. Чтобы этот талант приносил пользу, необходимо иметь: и силу воли, и упорство, и терпение, а самое главное - желание помогать людям. Всего этого у моего собеседника, по словам его коллег, в полном достатке.

Приводя примеры из своей хирургической практики, он постоянно повторял, что «ничего в этой жизни не происходит случайно, я просто выполняю отведённое мне предназначение, и всё, что я умею делать, дано мне не просто так, поэтому я не имею никакого права обмануть ожидания своих пациентов».

В подтверждение своих слов он рассказал случай, от которого мне стало как-то не по себе, хотя я, дочь священника, привыкла к историям разного рода, но то, что я услышала, меня просто потрясло.

«До сих пор никак и ничем не могу объяснить себе, почему молодой, совершенно здоровый 33-летний мужчина, возвращаясь из спортзала, вдруг поскользнулся и, упав, разбил себе голову, получив травму, не совместимую с жизнью. А в это самое время в госпитале умирал человек, которому необходимо было срочно сделать пересадку сердца… Мы успели… И вот, он уже два года живёт с чужим сердцем… И ещё две спасённых жизни - одному пересадили почки, а другому печень - и всё от погибшего молодого человека, ничего, по сути, не успевшего сделать в этой жизни, но своей смертью спасшего трёх, совершенно посторонних ему человека. Как и чем это можно объяснить? Только одним - так было предопределено. Но не мной и не кем-либо из нас, врачей - кем-то свыше, я в этом просто уверен… Даже то, что ты сегодня здесь задаёшь мне свои вопросы не случайность, а закономерность - значит, так должно быть…»

«Почему выбрал именно кардиохирургию?

По этому случаю расскажу тебе одну притчу: «Однажды в храм зашёл мужчина и, глядя на расшитую золотом батюшкину рясу, спросил: «Как бы это мне вот так же хорошо устроиться?» На что батюшка ему ответил: «А ты поди в подвал, там найдёшь всё, что захочешь». Спустился мужчина в подвал, а там кресты - один краше другого. Схватил он крест, усыпанный бриллиантами, и стал пытаться его поднять. Но никакие усилия не смогли крест двинуть с места. И тут он увидел крест из чистого золота. Обрадовался и ну, давай пытаться вытащить золотой крест из подвала. Бился он, бился, но ничего у него не получилось - золотой крест только на немного сдвинулся с места. Тогда мужчина, увидев серебряный крест, как-то сумел взвалить его на себя и потащил вверх по лестнице, но лестница не выдержала и рухнула, а мужчина оказался придавленным серебряным крестом. И тут он увидел маленький оловянный крестик, потянулся за ним и каким-то образом выскользнул из-под серебряного креста. Встал, весь сгорбленный от ушибов, взял в руки свой крестик и вышел из подвала к священнику. «Ну, что, нашёл, что искал?» - спросил тот у мужчины. «Нашёл», - ответил он, показывая свой маленький крестик. «У каждого свой крест», - молвил ему батюшка. «Мой - в тяжёлых одеяниях, расшитых золотом в денном и нощном молитвенном труде брать на душу все Ваши грехи, а у тебя свой крест. Бери его и иди с Богом».

Так вот, отвечая на твой вопрос, могу, после сказанного выше, только добавить - это и есть мой крест, и я его буду нести до тех пор, пока у меня есть силы и возможность помогать людям, возвращая их к полноценной жизни…»

Александр Николаевич много говорил о своей работе и почти ничего о себе лично и о своей семье, и только один раз, вскользь, с сожалением заметил, что не может уделять им столько времени, сколько хотелось бы. И ещё об одном он говорил с нескрываемым сожалением в голосе, кода речь зашла о детях. Сожаление было в том, что только младший сын изъявил желание пойти по стопам отца.

Заканчивая нашу беседу, я поинтересовалась - о чём может ещё мечтать такой человек, как он, на что профессор ответил:

«Очень хочу, чтобы подольше жила моя мама и чтобы осуществилась мечта и мы, вместе с Александром Владимировичем Есиповым, нашим флагманом, сумели создать свой Центр трансплантации сердца, и это не мои амбиции, просто очень хочется иметь больше возможностей помогать людям…»

Прощаясь с Александром Николаевичем, я поймала себя на мысли, что этот неулыбчивый Профессор так и останется для меня «сердечным доктором», и даже не столько - по сути, сколько - по состоянию души…

Надежда ДРОБЫШЕВСКАЯ

Фото Александра Бойко

и из архива госпиталя

Обновлено: Сентябрь 27, 2016 — 5:03 пп